Банкротство компании и обязанность директора подать заявление о банкротстве
Вопрос о том, когда торговая компания оказывается в состоянии банкротства и когда в связи с этим у её органа управления возникает предусмотренная законом обязанность подать заявление о банкротстве, относится к практическим вопросам с наиболее серьёзными последствиями для личного имущества директора или члена правления. В чешском праве эта область регулируется прежде всего Законом № 182/2006 Сб., о банкротстве и способах его разрешения (Закон о банкротстве, далее — «ЗоБ»), а также Законом № 90/2012 Сб., о торговых корпорациях (далее — «ЗоТК»). Цель настоящей статьи — обобщить действующее правовое регулирование и релевантную судебную практику относительно момента возникновения обязанности подать заявление о банкротстве, а также ответственности, которую несёт орган управления в случае её неисполнения.
Что такое банкротство
Базовое определение содержится в § 3 ЗоБ. Закон различает две формы банкротства.
Первая форма: неплатёжеспособность
Должник находится в состоянии банкротства, если у него имеется несколько кредиторов, не менее двух денежных обязательств, просроченных более чем на 30 дней, и он не в состоянии их исполнить (§ 3 абз. 1 ЗоБ). Чтобы кредиторам и суду не приходилось доказывать, что реально происходит в бухгалтерском учёте должника, закон в § 3 абз. 2 ЗоБ устанавливает четыре опровержимые презумпции неплатёжеспособности: должник прекратил платежи по существенной части своих обязательств, не исполняет их более трёх месяцев после наступления срока, требование не может быть удовлетворено путём исполнительного производства или принудительного исполнения, либо должник не исполнил обязанность представить суду перечни имущества, обязательств и работников. Достаточно наличия хотя бы одной из этих презумпций, после чего бремя доказывания обратного переходит на должника.
Вторая форма: сверхзадолженность
Сверхзадолженность касается только юридических лиц и физических лиц-предпринимателей и регулируется § 3 абз. 3 ЗоБ. Речь идёт о состоянии, при котором совокупность всех обязательств должника превышает стоимость его имущества, при наличии нескольких кредиторов. Закон при этом предписывает учитывать возможность дальнейшего управления имуществом или ведения предпринимательской деятельности: если, принимая во внимание все обстоятельства, можно предполагать, что должник сможет в обозримом будущем продолжать управление имуществом или ведение предприятия, сверхзадолженности в смысле закона не возникает.
Угрожающее банкротство
Наряду с фактическим банкротством § 3 абз. 4 ЗоБ регулирует также институт угрожающего банкротства, которое наступает в том случае, если с учётом всех обстоятельств можно обоснованно предполагать, что должник не сможет надлежащим образом и своевременно исполнить существенную часть своих денежных обязательств. Согласно § 97 абз. 2 ЗоБ, заявление о банкротстве по основанию угрожающего банкротства вправе подать исключительно сам должник, а не кредитор. Практическое значение этого положения состоит в возможности заранее решить неблагоприятную экономическую ситуацию, в том числе посредством института превентивной реструктуризации согласно Закону № 284/2023 Сб., о превентивной реструктуризации, которым в чешское право была имплементирована Директива Европейского парламента и Совета (ЕС) 2019/1023.
Обязанность подать заявление о банкротстве
§ 98 абз. 1 ЗоБ возлагает на должника, являющегося юридическим лицом или физическим лицом-предпринимателем, обязанность подать заявление о банкротстве без необоснованного промедления после того, как он узнал или при должной осмотрительности должен был узнать о своём банкротстве. У юридического лица эту обязанность согласно § 98 абз. 2 ЗоБ исполняет его орган управления, то есть, как правило, директор общества с ограниченной ответственностью, правление либо статутарный директор акционерного общества, или ликвидатор, если юридическое лицо находится в стадии ликвидации. Если правом самостоятельно действовать от имени должника наделено несколько лиц, эта обязанность возлагается на каждого из них.
Возникновение данной обязанности связано с кумулятивным выполнением двух условий: объективным наличием банкротства и субъективной осведомлённостью о нём, при этом оценивается также то, должен ли был орган управления знать о банкротстве и мог ли он это знать, проявив должную осмотрительность. Верховный суд в решении по делу № 29 Cdo 4180/2016 подтвердил, что обязанность согласно § 98 ЗоБ является длящейся, а не разовой, и, следовательно, орган управления не может освободиться от ответственности за её нарушение ссылкой на то, что он упустил лишь одну возможность подать заявление.
Закон оперирует неопределённым понятием «без необоснованного промедления» вместо чётко установленного срока. Этот срок включает в себя время, объективно необходимое для подготовки заявления о банкротстве и его обязательных приложений, а также, при необходимости, для созыва общего собрания с целью решения вопроса о финансировании компании. Судебная практика при этом неоднократно подчёркивает, что орган управления не может освободиться от ответственности ссылкой на указание единственного участника или мажоритарного акционера, если такое указание не имеет предусмотренной законом формы решения общего собрания, принятого в соответствии с законом.
Ответственность за причинённый вред
Следствием нарушения обязанности согласно § 98 ЗоБ является ответственность за причинённый вред, урегулированная в § 99 ЗоБ. Согласно § 99 абз. 1 ЗоБ, лицо, которое в нарушение § 98 ЗоБ не подало заявление о банкротстве, отвечает перед кредитором за вред или иной ущерб, причинённый таким нарушением. Речь идёт об особом случае общей гражданско-правовой ответственности за вред с презюмируемой виной, при котором кредитор обязан утверждать и доказывать лишь наличие банкротства должника, факт запоздалой подачи или неподачи заявления о банкротстве, а также возникновение вреда, тогда как бремя освобождения от ответственности лежит на органе управления как ответчике.
Размер вреда определяется в § 99 абз. 2 ЗоБ как разница между суммой требования кредитора, установленной в процедуре банкротства, и суммой, которую кредитор фактически получил в рамках этой процедуры в удовлетворение данного требования. Такое толкование подтвердил Верховный суд в решении от 29 июня 2016 г. по делу № 29 Cdo 1212/2016, при этом Конституционный суд впоследствии отклонил конституционную жалобу на это решение как явно необоснованную определением по делу № II. ÚS 3230/16. У органа управления сохраняется возможность частичного или полного освобождения от ответственности, если он докажет, что нарушение обязанности не повлияло на возникновение вреда, — как правило, в ситуациях, когда кредитор вступил бы в договорные отношения с должником независимо от состояния банкротства. Относительно исковой давности требования о возмещении вреда Верховный суд в решении по делу № 29 Cdo 1212/2016 пришёл к выводу, что десятилетний объективный срок исковой давности начинает течь со дня подачи заявления о банкротстве, при этом данный вывод впоследствии был уточнён в последующей судебной практике, например в решении по делу № 29 Cdo 339/2018.
Иск о восполнении пассивов
С 1 января 2021 года действует масштабная новелла ЗоТК, принятая Законом № 33/2020 Сб. Она отменила прежнюю, практически не применявшуюся на практике неограниченную ответственность органа управления согласно прежнему § 68 ЗоТК и заменила её более эффективным инструментом — так называемым иском о восполнении пассивов согласно § 66 абз. 1 п. b) ЗоТК. Если член органа управления своим нарушением обязанностей способствовал банкротству торговой корпорации и в процедуре банкротства уже принято решение о способе разрешения банкротства, суд по делам о банкротстве по заявлению конкурсного управляющего может возложить на этого члена (действующего, бывшего или даже фактического руководителя, см. § 69 ЗоТК) обязанность восполнить из собственных средств конкурсную массу на сумму, соответствующую разнице между совокупностью долгов и стоимостью имущества компании. Правом на подачу такого иска обладает исключительно конкурсный управляющий, а само производство носит характер инцидентного спора.
К применению этого института, а точнее его предшественника согласно прежнему правовому регулированию, обратился Высокий суд в Оломоуце в решении по делу № 8 Cmo 55/2025 от 20 августа 2025 года. Суд рассматривал дело, в котором директора торговой корпорации, лишившись после прекращения договора аренды помещения основного источника доходов компании, отреагировали на угрожающее банкротство отставкой со своих должностей и передачей долей в компании лицу, формально занимавшему должность директора в десятках других компаний. Суд квалифицировал такое поведение как существенное нарушение обязанности заботы добросовестного управляющего, поскольку ответчики не предприняли ничего для предотвращения угрожающего банкротства, и их единственной реакцией стал уход с должности, что обусловило их ответственность по долгам торговой корпорации. Аналогичным образом Высокий суд в Праге решением от 3 мая 2024 года, дело № 103 VSPH 735/2023, подтвердил решение Краевого суда в Усти-над-Лабем от 11 августа 2023 года, дело № 24 ICm 74/2023, которым бывшим членам органа управления была возложена обязанность по оплате согласно § 66 абз. 1 п. b) ЗоТК за то, что, несмотря на длительное состояние банкротства должника, они своевременно не подали заявление о банкротстве и вместо этого продолжили хозяйственную деятельность в ущерб кредиторам.
Исключение члена органа управления из осуществления функции
Помимо имущественной ответственности, закон о торговых корпорациях предусматривает также санкцию, состоящую в утрате способности осуществлять функцию органа управления, обозначаемую в специальной литературе как дисквалификация. Согласно § 64 ЗоТК, суд по делам о банкротстве в ходе процедуры банкротства, в том числе по собственной инициативе, принимает решение о том, что член органа управления, чьё осуществление функции с учётом всех обстоятельств дела привело к банкротству торговой корпорации, не вправе в течение трёх лет с момента вступления такого решения в законную силу осуществлять функцию члена органа управления какой-либо торговой корпорации. Согласно § 65 ЗоТК, при аналогичных условиях может быть исключено и лицо, ставшее членом органа управления лишь после начала процедуры банкротства и своим поведением явно способствовавшее уменьшению конкурсной массы и причинению вреда кредиторам. Самостоятельный, не связанный с банкротством состав регулируется генеральной оговоркой в § 63 ЗоТК, согласно которой суд может принять решение об исключении члена органа управления, который в течение последних трёх лет перед началом производства неоднократно или серьёзно нарушал обязанности при осуществлении функции.
Уголовно-правовые аспекты
Углубление банкротства может также образовывать составы преступлений против собственности, предусмотренные в главе пятой Закона № 40/2009 Сб., Уголовного кодекса. Наиболее общий состав содержится в § 224 Уголовного кодекса — причинение банкротства, который наказывает лицо, которое, пусть даже по грубой неосторожности, доводит себя до банкротства расходами, грубо несоразмерными его имущественному положению, неэкономным управлением имуществом, злоупотреблением кредитом либо коммерческой операцией, грубо несоразмерной его имущественному положению, а равно лицо, которое, находясь в состоянии банкротства, сознательно принимает на себя новое обязательство или устанавливает залог, чем ухудшает положение существующих кредиторов. Согласно определению Верховного суда по делу № 5 Tdo 972/2020 от 22 октября 2020 года, ущербом в смысле § 224 абз. 3 и 4 Уголовного кодекса в принципе является совокупный размер требований кредиторов, поскольку исходят из предположения, что до противоправного деяния виновного должник был в состоянии оплачивать свои наступившие обязательства.
Уголовная ответственность также может возникнуть за причинение ущерба кредитору согласно § 222 Уголовного кодекса, то есть за срыв удовлетворения кредитора путём уничтожения, повреждения, сокрытия или отчуждения имущества, а также за оказание преимущества кредитору согласно § 223 Уголовного кодекса, когда должник, находящийся в состоянии банкротства, срывает удовлетворение одного кредитора, оказывая преимущество другому. Отдельные составы напрямую связаны с ходом производства по делу о банкротстве: § 225 Уголовного кодекса регулирует нарушение обязанности в производстве по делу о банкротстве, § 226 — интриги в производстве по делу о банкротстве, а § 227 — нарушение обязанности сделать правдивое заявление об имуществе.
Заключение
Из вышеизложенного следует, что момент возникновения обязанности подать заявление о банкротстве является вопросом, который нельзя оставлять без внимания. Орган управления, который узнал или должен был узнать о банкротстве или угрожающем банкротстве торговой корпорации, несёт ответственность за своевременное и надлежащее разрешение этой ситуации, будь то посредством заявления о банкротстве или, при необходимости, путём превентивной реструктуризации. Неисполнение этой обязанности порождает риск ответственности за причинённый вред согласно § 99 ЗоБ, риск подачи иска о восполнении пассивов согласно § 66 ЗоТК, риск исключения от осуществления функции согласно §§ 63–65 ЗоТК, а в крайних случаях — и риск уголовного преследования. Актуальная судебная практика при этом однозначно ведёт к выводу о том, что формальные шаги, такие как отставка с должности или передача доли участия подставному лицу, сами по себе не устраняют ответственность прежних членов органа управления.
Для получения более подробной информации, пожалуйста, свяжитесь с нами:
ECOVIS ježek, advokátní kancelář s.r.o.
Betlémské nám. 6
110 00 Praha 1
эл. почта: mojmir.jezek@ecovislegal.cz
www.ecovislegal.cz
ECOVIS ježek, advokátní kancelář s.r.o.
Чешская адвокатская контора ECOVIS ježek в своей практике сосредоточена прежде всего на торговом праве, праве недвижимости, ведении споров, а также на финансовом и банковском праве, предоставляя полноценные консультации во всех областях, тем самым являясь альтернативой для клиентов международных контор. Международное измерение оказываемых услуг обеспечивается многолетним опытом и сотрудничеством с ведущими адвокатскими конторами в большинстве европейских стран, США и других юрисдикциях в рамках сети ECOVIS, действующей в 75 странах мира. Члены команды адвокатской конторы ECOVIS ježek обладают многолетним опытом работы в ведущих международных адвокатских и налоговых фирмах, оказывая юридические консультации транснациональным корпорациям, крупным чешским компаниям, а также средним компаниям и частным клиентам. Более подробную информацию можно найти на www.ecovislegal.cz.
